Кто твоя бабушка? Джоан Смит Правдивая история. Шестилетний Сэм уверяет своих одноклассников, что его бабушка — ведьма. Неожиданно для самого Сэма оказывается, что он прав. Джоан Смит Кто твоя бабушка? Хвастунишка Джонатан Сэм просто должен был хоть чем-нибудь похвастаться. А то что же это такое — все голы в школьном матче забивает брат Джонатана. Мама Джонатана на благотворительном базаре выигрывает в лотерее главный приз. Фотография Джонатановой бабушки красуется на первой странице воскресной газеты. Она, видите ли, послала в подарок королеве чехол на чайник, и не какой-нибудь там, а Букингемский дворец, только вязаный. Подлиза! И всё это за одну последнюю неделю. Да и раньше Джонатану всегда было чем похвастаться. Весь класс уже устал от хвастунишки Джонатана и от успехов его семьи. Они играли втроём: Джонатан, Сэм и Сара. На уроке, в школе. Им только недавно исполнилось по шесть лет. И вдруг Сэм выпалил: — А моя бабушка ведьма! Вот тебе, Джонатан! — Настоящая ведьма? — прошептала Сара. — Ой, как страшно! И у неё есть чёрный кот и помело? Сара даже съёжилась от страха и спряталась за Джонатана. — Вот смешная девчонка! — важно произнёс Джонатан. Потом повернулся к Сэму: — Удивляюсь, как это твоя бабушка ещё не превратила тебя в лягушку! — И снова занялся своим грузовиком. У Джонатана был шикарный грузовик. Своим лучшим друзьям он иногда позволял ставить на него маленькие легковые машины. И возил их вокруг площадки для игр. «Бинг, бэнг! Все с дороги! Бинг, бэнг!» Но Сэм никогда не удостаивался такой чести. — Вот ещё, в лягушку! — У Сэма даже дух перехватило от возмущения. — Такими пустяками бабушка не занимается. Ты что думаешь, она как все, да? Самая обыкновенная ведьма? А вот и нет! У неё свои чудеса. И колдует она только по понедельникам. Сэм не признался, что кошек его бабушка просто не выносит. — А какие она творит чудеса? — не отставал Джонатан. — Может она из солнечного зайчика сделать вертолёт? — Ну, это что! Она… Она… ещё и не такое может… По правде говоря, Сэм уже пожалел, что решил соперничать с Джонатаном. Он-то прекрасно знал, что никакая его бабушка не ведьма и даже не волшебница. Но как же ещё он мог утереть нос этому хвастунишке Джонатану? А впрочем, нет! Волшебница. Когда бабушка пекла шоколадные эклеры, все говорили, что она настоящая волшебница. Джонатан деловито сгрёб свои заводные игрушки и свернул рисунок трактора. — Домой я пойду вместе с тобой! — заявил он Сэму. — По дороге завернём к твоей бабушке. Сегодня как раз понедельник… Неволшебные палочки Все дети, жившие в районе Толли, возвращались из школы под присмотром одной из мам. Мама Сэма провожала ребят по субботам. В это время бабушка обычно возилась в палисаднике. Она очень любила встречать Сэма и других детей после школы. — И я с вами! — сказала мальчикам Сара. — Можно? В сад я не пойду, только постою у калитки и посмотрю. — Не будь дурочкой, Сара! — хмыкнул Джонатан. — Ты что, боишься? Да вовсе его бабушка не ведьма. Сэм всё напридумал. Вот если в воскресной газете напечатают, что она ведьма, тогда я поверю. Бабушка работала в саду. Она собирала листочки с маленькой клумбы, когда подошли Сэм, Сара и Джонатан. — Травы для волшебного зелья, — шепнул Сэм. Но бабушка его услышала. — Волшебные травы? Скорее уж ароматические травки. Чтобы не выдохлись мои сухие духи из лепестков розы. — Ой! — воскликнула Сара, хлопая в ладоши. — Видел я, как делают эти сухие духи, по телевизору показывали, — пренебрежительно бросил Джонатан. — Реклама. Кладёшь охапку розовых лепестков в миску и получаешь бутылку духов. Очень просто! — А ты попробуй сам их сделать, — предложила бабушка. — Только не забудь про ароматические травки. Тут бабушкин голос хрустнул, как свежее песочное печенье, и Джонатану почему-то вдруг расхотелось спрашивать, а вправду она умеет колдовать или нет. «Какой самоуверенный мальчик, — подумала бабушка про Джонатана. — А может, он просто красуется?» Бабушка достала из кармана передника бумажный пакет и протянула Сэму: — Не хотят ли твои друзья сладкого? — Спасибо, — обрадовался Сэм. — Ого, да это лакрица! — Нет, нет, благодарю вас, — испугалась Сара. — Она же чёрная. — Ну, конечно, чёрная, жжёный сахар всегда чёрный, — успокоил её Джонатан и взял две штучки. Мол, ничего волшебного в этих чёрных палочках нет. Тут Джонатан увидел метлу — она стояла у изгороди. Наверное, бабушка только что подметала сад. — У вас что, только одна метла? — спросил он настороженно. — Вообще-то я никогда не мету двумя сразу, — ответила бабушка. — Так что мне и одной хватает. Джонатан локтем в бок подтолкнул Сэма и злорадно указал на самую обычную растрёпанную метлу: — И это называется помело? Вот бы дождь пошёл! Наутро Сэм проснулся и подумал: «Ой, в школу! Опять Джонатан приставать начнёт — так кто твоя бабушка, злая ведьма или добрая волшебница?» Сам-то он больше словом об этом не обмолвится. Но Джонатан уже забыл про бабушку. У него была своя сногсшибательная новость. — А у моего па новая машинка! — заявил он на уроке рисования. — Она умеет делать ломтики картофеля без всякой картошки. — Любая волшебница это сумеет, — вступилась Сара, вспомнив вчерашнее. Видно, ей понравилась эта игра: «А-у-Сэма-бабушка-ведьма!» — Сварит в котле своё волшебное зелье — и готово, из пара картошка. Или колдовское заклинание скажет… Фантазёрка эта Сара! Словно пена в стиральном тазу, вскипали у неё в голове разные выдумки. Холодной бы водички на эту пену! «А может, и вправду, выплеснуть воду из-под кисточек нечаянно? И все тогда заговорят о другом», — мелькнуло у Сэма. — Да нет на свете никаких волшебниц, ты что, сама не знаешь? — высокомерно произнёс Джонатан. — А не знаешь, так скоро убедишься. Сэм проглотил это. Эх, признаться бы им: «И вовсе моя бабушка не ведьма. Всё я выдумал! И колдовать она совсем не умеет». Но стерпеть презрительную гримасу Джонатана, нет, ни за что! — А слабо́ тебе спросить у моей бабушки, ведьма она или нет, — мужественно кинулся он в атаку на Джонатана. Джонатан вспомнил хрустящий бабушкин голос и признался: — Спросить вот так прямо? Нет уж… Во вторник и в среду Сэм и Джонатан подолгу болтали с бабушкой. Она всегда бывала в саду, когда они возвращались из школы домой, и что-то ласково шептала своим травкам, нежно поглаживала колючие кусты. «Вот бы дождь пошёл! — мечтал Сэм. — Сидела бы бабушка дома, и Джонатан кончил бы эти разговоры о ведьмах». Но воздух был сух и неподвижен, жара стояла словно заколдованная. Бабушкин сад В четверг была очередь мамы Джонатана провожать детей домой. По дороге она решила полюбоваться бабушкиным садом. — Какое буйство красок! — воскликнула она. — Ваши георгины прекрасны. А это что за очаровательные белые цветы с острыми лепестками? — Это моя души́ца критская, — ответила бабушка. — Я люблю её больше всех цветов, потому что… — Львиный зев тоже очень мил, — не унималась мама Джонатана, — а лилии-то как хороши! Ну просто выставка цветов, никогда я такого не видела. Хорошо хоть, Джонатанова мама не хвасталась, как её сыночек. Она просто застыла от восхищения, так волшебно красив был бабушкин сад. — Ничего-то я не знаю о цветах, — вздохнула она, заканчивая осмотр. — Джонатан часто о вас говорит. Знаете, он… он… он так всегда вас нахваливает. — А я хочу пригласить его ко мне на чашечку чая, — любезно предложила бабушка. — В любой день на той неделе. — В понедельник! — воскликнул Джонатан. — Пожалуйста, в понедельник! Понедельник самый лучший день! — В понедельник так в понедельник, — согласилась бабушка. Мальчики переглянулись. — И Сара придёт с нами, можно, бабушка? — спросил Сэм. — Ну конечно! — О, я не знаю, — проговорила Сара, зачарованная и испуганная одновременно. Она уже верила, что бабушка самая настоящая волшебница. — Можешь спросить завтра свою маму. В пятницу Сарина мама разводит нас по домам, — объяснил Сэм. — Думаешь, мне позволят? — спросила Сара, ей очень хотелось пойти к бабушке в гости. Бутерброды с сардинами Весь конец недели Сэм думал только об одном: «Вот придёт понедельник! Вот придёт понедельник!» Мысль эта жгла, как горчичник, который забыла снять мама. В субботу утром Сэм решил: нет, надо что-то придумать. И в голове его созрел хитрый план. Прежде всего надо раздобыть две вещи. За дело! — Не заигрывайся в саду, Сэм! Чай через полчаса, — напомнила мама, когда он забежал на кухню. — Я иду помогать папе. Можно, к полднику бутерброды с сардинами? — Но ты ведь никогда не любил сардин! На той неделе ты говорил, что от одного их вида у тебя мурашки по спине бегают. — Ну, на той неделе у меня от всего мурашки бегали. А сейчас я вдруг полюбил сардины. Пожалуйста, ма, сделай нам бутерброды с сардинами. Только на сегодня. — Хорошо. В них очень много витаминов. — Спасибо, мам. Из окна Сэм увидел, как папа рубит высохший кустарник. Он побежал в сад. — Сколько кустов я повыдергал, — с досадой сказал папа. — Ничего не растёт в нашем саду. С самой весны я ждал, что этот кустарник распустится. Сейчас июль, значит, он мёртв. И папа обрубил корявые, сохлые ветки. — А какой сад у твоей бабушки! Чудо! Разноцветная радуга, а не сад. А ведь бабушка всего год живёт здесь. Видно, я всё не те растения сажаю в эту сухую землю. В будущем году мы посадим совсем другие. Папа с трудом выдернул толстую палку — подпорку для куста, который должен был пышно разрастись, но почему-то не захотел. — Брось в костёр, Сэм, будь добр! После чая я её сожгу. Помело Сэм отнёс палку и сухие ветки в конец сада. Но в костёр не бросил, а аккуратно сложил возле вишнёвого дерева. После полдника он сказал родителям: — Схожу-ка я к бабушке, можно? — Очень мило с твоей стороны, — откликнулась мама. — Бабушка всегда тебе рада. День был знойный, безветренный. От жары всех клонило ко сну, и мама не заметила, как Сэм ушёл. Не заметила она и что было у него в руках, не видела, как он направился вовсе не к калитке, а проскользнул в конец сада. Там он собрал сухие ветки, прихватил толстую палку и с бумажной сумкой, которую взял из дому, поспешил к бабушке. В сумку Сэм незаметно сунул три бутерброда с сардинами, а в карман положил свёрнутый клубочком обрывок бечёвки. Его Сэм прихватил в сарае с инструментами. Сэм на цыпочках вошёл в бабушкин сад. Бабушка дремала в кресле под деревом позади дома. Похоже, жара сморила всех взрослых, поэтому сделать всё, что Сэм задумал, оказалось совсем просто. И Сэм приступил к выполнению своего плана. Обрывком бечёвки привязал к толстой палке сухие ветки. И вот вам, пожалуйста, настоящее ведьминское помело! Узел, правда, норовил вот-вот развязаться. Сэм был не мастер вязать узлы, да и бечёвка оказалась коротковата. Ну, да ладно, не двор же мести этой метлой. А выразительно подпирать забор она сумеет. Появляется чёрный кот Потом Сэм вынул из сумки бутерброды с сардинами. И заглянул через изгородь в соседский сад. Там жили два кота. Один из них был чёрный, что надо! В это время он как раз играл на зелёной лужайке. Сэм отломил кусочек сардинки и бросил коту. — Кис-кис! — позвал он тихо. — Хочешь рыбный бутербродик? Лови! Сверкнув на Сэма зелёным глазом, кот бросился на бутерброд. Ам — и съел. Так кусочек за кусочком и Сэм заманил чёрного кота в бабушкин сад. За чёрным котом устремился и рыжий. — Обещай мне, — уговаривал Сэм, — обещай, что придёшь сюда в понедельник. Тогда получишь и этот бутерброд тоже. Обещаешь? — Сэм обращался только к чёрному коту. Коты глаз не сводили с желанного бутерброда. Интересно, поняли они замысел Сэма? Сэм спрятал последний бутерброд в бабушкин сарай и запер дверь. — Итак, — повторил он, — до понедельника! Я приду к бабушке пить чай, и ты постараешься заслужить бутерброд, договорились? Ответа он не дождался. Коты вдруг заскучали и отправились на крышу сарая досыпать. Сэм неслышно приблизился к креслу и тихонько погладил бабушку по руке, чтобы она проснулась. Не повезло! В понедельник в классе стоило Сэму оглянуться, он тут же встречал улыбку Джонатана. «Чтоб у тебя живот схватило, — страстно пожелал ему Сэм. — Твоя мама испугается и не пустит тебя к бабушке». День тянулся как тянучка. Сэм всё надеялся — за такой длинный день должно же с Джонатаном хоть что-нибудь приключиться. Пусть не очень страшное, пусть потом сразу пройдёт, но чтобы мама его успела как следует испугаться. Но ничего с Джонатаном не приключалось. И вот Сэм, Джонатан и Сара стоят перед парадной дверью бабушкиного дома. Сара от смущения хихикает и комкает краешек платья. Джонатан смотрит на бабушку с вызовом: мол, превращай меня в жабу, если посмеешь. — Самое время, молодцы, — встретила ребят бабушка. — Сейчас отнесём всю снедь в сад и поедим там. Будем пить чай под старой яблоней. В тени всё-таки чуть прохладнее. — А в октябре будет ещё лучше, правда? — сказал Джонатан. — Особенно в конце октября. — Нет, это для меня слишком холодно, — поёжилась бабушка. — Сперва бутерброды с огурцом, вот, пожалуйста, Сара, детка. — Ветер свищет в верхушках деревьев, — многозначительно продолжал Джонатан. — Ты о чём? — шёпотом спросила Сара. — О празднике первого ноября, конечно, — не унимался Джонатан. — Когда ведьмы слетаются на шабаш и летают над деревьями верхом на помеле, и чёрный кот с ними. Бабушка поставила на стол тарелки и кстати заметила: — А у наших соседских котов случилась какая-то неприятность. Весь вчерашний день они плясали вокруг моего сарая и мяукали. Слава богу, их отправили погостить на неделю, пока хозяева уехали отдыхать. Сэм, принеси-ка имбирный кекс, пожалуйста! Сэм пошёл за имбирным кексом и, выходя из кухни, хорошенько лягнул кухонную дверь. Скверно. Скверно, что нет чёрного кота. У настоящей ведьмы должен быть чёрный кот. Полагается. Выходит, зря он в субботу объелся сардинами — целых шесть бутербродов съел, чтобы три припрятать для кота. При мысли о сардинах у Сэма опять мурашки по спине поползли. Вернувшись с кексом, Сэм глянул на изгородь у сарая — ну, хоть помело-то цело? Но нет! От помела осталась только охапка веток. Палка лежала на земле, а рядом валялся скрученный обрывок бечёвки — точь-в-точь червяк, спешащий уползти прочь. Сэм тяжко вздохнул. Что ж, он слишком долго бегал от правды. Теперь он узнает, что такое презрение Джонатана. Не повезло! Все пьют чай — Схожу-ка я сама за чайником, — сказала бабушка. — А то он у меня со странностями — так и норовит из рук выпрыгнуть. А ты, Сэм, угости друзей бутербродами. И бабушка скрылась в доме. — Джонатан, — начал Сэм, собравшись с духом и мучительно разглядывая рисунок на тарелке. — Я наврал тебе. Бабушка никакая не ведьма. Так что, пожалуйста, забудь, что я говорил. Презрительной гримасы Джонатана, вот чего боялся Сэм больше всего. «Что он задумал?» — недоверчиво глянула на Сэма Сара. Потом увидела бабушку, как та осторожно пересекает лужайку с чайником для заварки и улыбнулась с облегчением. — Когда холодно и ветрено, я ношу футбольные носки, — сказала бабушка, обращаясь к Джонатану. — А теперь попробуйте-ка, друзья, мои эклеры! Сара взяла один, надкусила, и с другого конца выскочил крем, светлый, воздушный, словно пена морская. — Волшебно! — пробормотала она с полным ртом. На кончике её носа красовалась шоколадная глазурь. — Ой! — спохватилась она, сообразив, какое слово только что сказала. — Легки и воздушны, как феи лесные, — сказала бабушка. — А секрет весь в том, чтобы в духовке было горячо, как в аду. Может, Джонатан и не согласен был, что эклеры волшебные, но что вкусные — несомненно, а потому съел подряд пять штук. Бабушка заглянула в чайник для заварки и не спеша налила себе в чашку чая. — Люблю крепкий напиток, — проговорила она. В чашке закружился прозрачный, золотисто-коричневый чай, но в обнимку с молоком постепенно стал матовым. — Джонатан, будь добр, передай мне кристаллики, — попросила бабушка. — Что? — в изумлении переспросил Джонатан. — Я имела в виду сахар. Пожалуйста, Джонатан, — терпеливо повторила бабушка. — Но вы сказали… — Сахар, мой мальчик, всего лишь сахар, — и бабушка загадочно улыбнулась ему. Джонатан протянул сахарницу. Бабушка медленно сыпала сахар в чай. Джонатан глаз с неё не спускал. «Неужели так важно, сколько кристалликов упадёт в чай? Вот чудеса!» Потом бабушка помешала чай ложечкой в одну сторону три раза и в другую сторону три раза. Джонатан бросил подозрительный взгляд на Сэма, в его душу начало вкрадываться сомнение. Сэм попытался припомнить, всегда ли бабушка пила чай с такими церемониями, как сейчас. Душица критская — А теперь я хочу показать вам чудо! — лукаво сказала бабушка, когда с едой было покончено. — Пошли в палисадник. — Сегодня ведь понедельник, — с надеждой прошептала Сара. — Угу, — Джонатан подтолкнул Сэма локтем в бок и усмехнулся. — Как красиво! — воскликнула Сара. — Ну точно маленький конский каштан. Она склонилась к изящным продолговатым белым бутонам души́цы критской и понюхала их. Цветы пахли апельсинами и лимонами. — Они похожи на паучков, только хорошеньких, — сказал Сэм. Ему хотелось сказать приятное бабушке. Он знал, как она гордится своим садом. — Станьте подальше, — попросила бабушка. Она вынула из кармана передника коробок спичек. Зажгла одну и… поднесла к нежному трогательному цветочному чуду. В тот же миг языки пламени пошли скакать с цветка на цветок. Ребята так и подпрыгнули от неожиданности. Стебли трещали и шипели. На мгновение цветы душицы, словно рой светлячков, охватило беспощадное оранжевое пламя. — Ой, нет! — всхлипнула Сара. — Зачем? Они такие красивые. — Она чуть не расплакалась. Но так же неожиданно пламя вдруг спало. Нежные цветы стояли невредимы и безмятежны, как полуденный воздух. Только лёгкий запах дыма, словно только что задули свечку, заставил Сэма поверить, что вспышка пламени не сон. Она ему не почудилась. — Почему же цветы целы? Как это они не сгорели? Даже не опалились? — возмущённо спрашивал Джонатан. Словно обвинял. Он ожидал увидеть обуглившиеся стебли с листьями из съёжившейся папиросной бумаги. — Есть вещи, — сказала бабушка, кладя коробок спичек обратно в карман, — которые не всем дано понять. Это тайна. И она так поглядела на Джонатана, что он опустил глаза. Сэм повернулся сначала к бабушке, потом к Джонатану. «Да-а, попробуй-ка разгадать эту тайну…» Тайна раскрывается — Я так рада, что цветы не сгорели, — сказала Сара и взяла бабушку за руку, морщинистую, как грецкий орех. Она больше не комкала край своего платья и уже не дрожала от страха. Вся неделя для Сэма была настоящей мукой, словно кто дёргал за ниточку больной зуб. И вот наконец-то зуб выпал. На лице Джонатана было ясно написано — он уверен, и никто его не переубедит, что бабушка Сэма колдунья. Чтобы в огне не сгореть! Такого без колдовства не бывает. А как Джонатан прощался с бабушкой, вспоминал Сэм и ликовал. «Большое спасибо за всё, за чай и за чудо…» — Глаза у Джонатана горели то ли от восторга, то ли от страха. Прощаясь, он сказал Сэму: — Приноси завтра в школу свои машины. Я их прокачу на моём грузовике. Но теперь иная мысль не давала Сэму покоя. Словно заныл другой зуб. «Неужели бабушка и в самом деле колдунья?» Нет, она просто бабушка! Его добрая, любимая бабушка. Ей можно рассказать всё-всё. А если заболел — возьмёшь её тёплую руку и сразу согреешься. И всё-таки, почему у неё огонь ничего не спалил? И за чаем она говорила очень странные вещи. Вернувшись домой, Сэм застал папу в саду. — Вот, составляю список растений, какие, может быть, приживутся в нашей бедной, сохлой земле. К сожалению, их немного. Весной попробуем посадить. Надо будет попросить ба, чтобы она дала нам корень своей душицы. — Душицы критской? — с расстановкой переспросил Сэм. А поверит па, если рассказать ему, какое чудо свершила бабушка с душицей критской? — Да, Сэм. Попроси-ка ба показать тебе одну забавную штуку с этой самой душицей. Душица критская — негорящее дерево, о ней упоминается в старинных книгах. Её можно поджечь, она будет пылать в огне, а всё равно не сгорит. Прямо как в сказке! — Ты хочешь сказать, что это может сделать любой? — Ну конечно, кто угодно. Я думаю, это сок в стеблях защищает её от огня, а впрочем, точно не могу сказать. — А многие знают этот секрет? — Нет, вряд ли. «Ура! — обрадовался Сэм. — Значит, мама Джонатана не сможет объяснить это чудо своему сыночку. А ба не колдунья, вот красота!» И Сэм направился в дом, чтобы выбрать к завтрашнему дню легковые машины для Джонатанова грузовика.